главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
Каталог книг «Библиотеки-Алия»
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
Россия. Эпоха «Великих реформ» (1855–81). Электронная еврейская энциклопедия

Россия. Эпоха «Великих реформ» (1855–81)

КЕЭ, том 7, кол. 326–339
Опубликовано: 1994

РОССИЯ. ЭПОХА «ВЕЛИКИХ РЕФОРМ» (1855–81)

  1. Исторический обзор. Изменение правового положения евреев.
  2. Стремление к светскому образованию. Зарождение еврейской прессы и общественных организаций.
  3. Роль евреев в развитии экономики России.
  4. Отношение русского общества к евреям.

1. Исторический обзор. Изменение правового положения евреев. Царствование Александра II (1855–81) вошло в историю России как эпоха «великих реформ». Окончившаяся тяжелым поражением Крымская война показала необходимость кардинальных изменений в социально-экономической и политических сферах. Немедленного разрешения требовал и еврейский вопрос. У царя и его окружения не было последовательного плана реформ; каждая из них осуществлялась в напряженной борьбе в правительственных кругах между сторонниками прогрессивного курса и реакционерами. Многое зависело лично от императора, который понимал необходимость перемен, но не хотел полностью отказываться от системы правления, установленной его отцом, Николаем I, чье отношение к евреям он во многом разделял, испытывая отвращение к их внешнему виду и религиозным обычаям. Видимо, на антиеврейские настроения Александра II повлиял и кровавый навет в Саратове, окончательный приговор по которому был вынесен лишь в 1860 г. Но при всей половинчатости и непоследовательности реформ царствование Александра II было самым благоприятным для евреев России. В первые месяцы правления нового императора ничто не предвещало смягчения правительственной политики в еврейском вопросе. Вводились новые ограничения: в мае 1855 г. Александр II утвердил решение Комитета для определения мер коренного преобразования евреев в России, запрещавшее евреям приобретать недвижимость в Полтавской и Черниговской губерниях; в мае 1856 г. было отдано высочайшее повеление не определять более евреев во флот, а всех уже служивших там перевести в сухопутные войска. Но это были последние отзвуки политики эпохи Николая I. 14 марта 1856 г. П. Киселев, председатель Комитета для определения мер коренного преобразования евреев в России, представил императору доклад, в котором признавал всю предшествующую деятельность Комитета безрезультатной, в первую очередь из-за того, что в законодательных актах о евреях имеются «многие противоречия и ограничения», препятствующие «слиянию евреев с окружающим населением». П. Киселев предложил пересмотреть все соответствующие законы «для соглашения их с общими видами слияния сего народа с коренным населением, поскольку нравственное состояние евреев может сие дозволить». Доклад был одобрен императором. Некоторые русские государственные деятели, например, новороссийский генерал-губернатор граф А. Строганов и министр внутренних дел С. Ланской, считали, что все антиеврейские установления следует отменить, а евреев — уравнять в правах с остальным населением. Но в правительственных кругах восторжествовала поддержанная императором точка зрения П. Киселева: права можно предоставить только некоторым группам еврейского населения, а «для массы евреев нынешние ограничения должны существовать во всей силе». Группа еврейских купцов 1-й гильдии в своем обращении к правительству в июне 1856 г. представила значительно более умеренные требования, чем С. Ланской и А. Строганов, — дать равноправие «лицам, получившим образование», «высшему купечеству», ремесленникам, солдатам, «беспорочно прослужившим в войсках»; таким образом, авторы петиции фактически поддержали правительственные планы разделения еврейского населения на разряды и предоставления прав лишь некоторым из них, хотя еврейские купцы и хотели добиться улучшения положения евреев в целом.

Первым проявлением новой политики стал указ от 26 августа 1856 г., предписывавший «рекрутов из евреев взимать наравне с другими состояниями ... тех же лет и качеств, кои определены для рекрутов других состояний... прием в рекрутство малолетних евреев отменить». Отменялись и правила, разрешавшие общинам и отдельным лицам ловить беспаспортных евреев и сдавать вместо себя в солдаты. В своем коронационном манифесте (1856) Александр II объявил об упразднении школ и батальонов военных кантонистов; все кантонисты моложе 20 лет, кроме евреев, принявших христианство, были возвращены родителям. В 1856 г. в Москве было закрыто Глебовское подворье, и приезжие евреи получили возможность останавливаться в любой части города. В 1858–59 гг. были сняты ограничения на проживание евреев в некоторых районах Ковны, Житомира, Каменец-Подольского. В 1858 г. были окончательно отменены указы Николая I, предписывавшие евреям покинуть 50-верстную приграничную полосу. Для некоторых категорий евреев были открыты города, куда в годы правления Николая I их не допускали. В 1859 г. евреям — купцам трех гильдий — разрешили проживание в Севастополе и Николаеве, в 1860 г. — в Ялте.

31 марта 1856 г. Александр II утвердил постановление Комитета для определения мер коренного преобразования евреев в России, разрешавшее прием на государственную службу евреев — обладателей ученых степеней в области медицины, а также докторов наук в других областях. На время нахождения на государственной службе они получили право жить за пределами черты оседлости. Закон, принятый 16 марта 1859 г., разрешил евреям — купцам 1-й гильдии проживание по всей империи. В течение десяти лет после переселения они обязаны были состоять в гильдии и платить соответствующие пошлины, а в случае выхода из нее до истечения этого срока — вернуться в пределы черты оседлости. Купцы могли переселяться во внутренние губернии вместе с семьями и брать с собой «служителей из своих единоверцев», но не более одного приказчика и четырех домашних слуг в провинции (в столицах число слуг определяли генерал-губернаторы). Запись в 1-ю гильдию за пределами черты оседлости немедленно давала купцам-евреям все права российского купечества. Но воспользоваться этими правами могли лишь немногие: в 1859 г. в России насчитывалось всего 108 евреев — купцов 1-й гильдии.

В 1860 г. несколько евреев — отставных солдат гвардии получили право жительства в Петербурге. После этого великий князь Константин Николаевич, командовавший военным флотом и возглавлявший морское ведомство, обратился к императору с ходатайством о распространении права жительства в Петербурге на евреев, служивших в морских экипажах Кронштадта, но Александр II в резкой форме отклонил это предложение. В 1861 г. министр внутренних дел С. Ланской при поддержке министра народного просвещения предложил дать право повсеместного жительства евреям — купцам 2-й и 3-й гильдий, а также выпускникам гимназий и университетов. После напряженных дискуссий 27 ноября 1861 г. Государственный совет принял закон, который предоставлял евреям, имевшим степень доктора медицинских наук или какую-либо научную степень в других областях знаний, право жить в любой части страны, свободно выбирать род занятий, поступать на государственную службу. При обсуждении этого закона половина членов Государственного совета поддержала С. Ланского, в то время как другие указывали, что даже евреев, окончивших университет, нельзя считать «свободными от тех предрассудков, которые всегда признавались вредными». Мнение последних разделял и император.

В конце 1850-х – начале 1860-х гг. вышло также несколько указов, устранявших дискриминацию евреев-военнослужащих: было разрешено награждать их теми же орденами, что и солдат-мусульман (1858), допускать к службе в гвардии (1860), производить в унтер-офицеры на общих основаниях (1861).

Дальнейшему расширению прав некоторых категорий еврейского населения в определенной мере способствовала записка Е. Гинцбурга (см. Гинцбург, семья) от 1862 г. о расширении права жительства для купцов 2-й и 3-й гильдий, лиц с высшим образованием, ремесленников и солдат; в ней, в частности, говорилось: «Неужели только евреи с высшими учеными степенями должны слиться с русским народом, от которого вовсе не требуют сплошного университетского образования?» Записка Е. Гинцбурга и отзывы на нее, в основном положительные, поступили в Комитет для определения мер коренного преобразования евреев в России, а после его упразднения в 1863 г. — в комитет министров и в Государственный совет. В результате 28 июня 1865 г. был принят закон, предоставивший право повсеместного жительства некоторым категориям евреев-ремесленников. В дальнейшем Сенат принял ряд постановлений, объяснявших, что они и члены их семей имеют право жительства по всей империи только до тех пор, пока занимаются своим ремеслом.

В 1865 г. после длительного обсуждения еврейским врачам было разрешено служить во всех учреждениях военного министерства; в 1866 г. их стали принимать на службу по министерству народного просвещения, в 1867 г. — по министерству внутренних дел (за исключением Московской и Петербургской губерний). Тогда же право жительства во всех частях страны получили евреи, отслужившие в армии по рекрутским наборам, и члены их семей; это право сохранялось и за потомками николаевских солдат. В 1868 г. был аннулирован закон, запрещавший евреям Царства Польского селиться в России, а российским — в Царстве Польском. В 1872 г. все евреи, окончившие Петербургский технологический институт, получили право жительства по всей империи. Несмотря на усиление в конце 1870-х гг. антисемитских настроений в правительстве и в обществе, в январе 1879 г. такое же право получили все выпускники высших учебных заведений, а также фармацевты, акушеры и дантисты. 3 апреля 1880 г. был разослан циркуляр министра внутренних дел Л. Макова, предписывавший губернаторам внутренних губерний не выселять незаконно поселившихся в них евреев. Появление этого циркуляра было связано с ожидавшимся пересмотром всех законов о евреях. В то же время в 1880 г. по просьбе местной администрации евреям, за исключением лиц, имеющих ученые степени, и государственных служащих, было запрещено жить в Области Войска Донского и владеть в ней имуществом. В правительственных постановлениях, разрешавших некоторым группам евреев с высшим образованием поступать на государственную службу, не было никаких ограничений в отношении их продвижения по служебной лестнице. С получением чина действительного статского советника евреи на общих основаниях возводились в потомственное дворянство.

В конце 1850-х – начале 1860-х гг. были несколько расширены права евреев в отношении аренды и землевладения, в частности, в 1859 г. разрешена аренда заложенных имений. В законах об отмене крепостного права, принятых в 1861г., не содержится никаких ограничений в отношении евреев. В 1862 г. им было позволено приобретать «земли и угодья, принадлежащие к помещичьим имениям, в коих обязательные отношения крестьян к владельцам прекращены». Но после подавления польского восстания (1863–64), когда правительство стало проводить политику, направленную на усиление русского влияния в западных областях страны, право евреев приобретать и арендовать землю было вновь ограничено. 10 июня 1864 г. последовало высочайшее повеление, запрещавшее в девяти западных губерниях (Виленской, Ковенской, Гродненской, Витебской, Минской, Могилевской, Киевской, Волынской и Подольской) «всем без исключения евреям приобретать земли от помещиков и крестьян». Закон соблюдался очень строго: даже Е. Гинцбургу не разрешили увеличить земельную собственность в Подольской губернии, хотя за него хлопотал министр внутренних дел П. Валуев.

В 1864 г. был издан закон, не разрешавший евреям и полякам приобретать продающиеся с торгов казенные и частновладельческие имения в тех же губерниях. Закон от 23 июля 1865 г. запрещал любые формы перехода земли в собственность евреев и поляков, в том числе наследование и дарение. Евреев не включили в число российских граждан, которым в 1864 г. было предоставлено право аренды имений в западных губерниях на льготных условиях. Последнее ограничение вызвало недовольство русских землевладельцев, которые лишились доходов от евреев-арендаторов. Поэтому в 1867 г. было разрешено сдавать евреям в аренду на льготных условиях мельницы и промышленные предприятия, находящиеся в имениях. Законы, запрещавшие или ограничивавшие права евреев в отношении аренды и землепользования, препятствовали нормальной хозяйственной деятельности евреев и христиан, поэтому на практике их часто не соблюдали.

В положении о земских учреждениях (1864) не было никаких ограничений для евреев. Они могли наравне с христианами принимать участие в выборах в земские органы власти, занимать различные должности в земствах. Никаких антиеврейских положений не содержали и новые судебные уставы, утвержденные в том же году. В тех губерниях, где они были введены, евреев избирали в присяжные заседатели на тех же основаниях, что и других российских граждан. Вскоре после принятия уставов впервые приобрели известность евреи-адвокаты — А. Пассовер (1840–1910), А. Куперник (1845–1905). Некоторые евреи поступали на службу в прокурорский надзор и в Сенат. Так, А. Думашевский (1837–87), один из лучших в стране знатоков гражданского права, был обер-секретарем Сената, редактор «Судебного вестника» Я. Гальперн (1840–1913) занимал высокий пост в министерстве юстиции, Э. Банк (1840–91) был товарищем председателя Петербургского коммерческого суда. Однако с середины 1870-х гг. евреев перестали допускать к занятию должностей в правительственных учреждениях, органах суда и прокуратуры; тем, кто уже работал в этих ведомствах, препятствовали в продвижении по службе, и к концу 19 в. в министерстве юстиции и в судах евреев, за редчайшими исключениями, не осталось. При обсуждении во второй половине 1870-х гг. вопроса о введении новых судебных уставов в девяти западных губерниях киевский генерал-губернатор А. Дондуков-Корсаков потребовал изъять из-под юрисдикции суда присяжных дела, в которых «религиозная нетерпимость еврейского населения может побудить присяжных к вынесению несправедливого приговора», и ограничить процент евреев — присяжных заседателей одной третью от их общего числа. Несмотря на решительное сопротивление министра юстиции, графа К. Палена, заявившего, что никаких жалоб на евреев — присяжных заседателей не поступало, министр внутренних дел А. Тимашев настоял на том, чтобы в закон от 19 июня 1877 г. о введении в действие судебных уставов в западных губерниях было включено положение о том, что число евреев — присяжных заседателей должно соответствовать количественному соотношению еврейского и христианского населения в каждом уезде.

При обсуждении проекта городской реформы многие члены губернских комиссий считали, что евреи не должны составлять более половины гласных городской думы и членов городской управы, а из двух помощников городского головы лишь один может быть евреем. Эти предложения вошли в первоначальный проект Городского уложения, представленный министром внутренних дел П. Валуевым и одобренный Государственным советом. Но в окончательном тексте уложения, утвержденном в 1870 г. по настоянию нового министра внутренних дел А. Тимашева, говорилось, что число евреев в городских думах и управах не должно превышать одной трети общего состава этих органов. Тем не менее Городское уложение расширило права евреев: они получили право участвовать в выборах городского головы; на всех выборах муниципальных органов христиане и евреи образовывали единые курии, что усиливало влияние последних на городские дела.

Новый устав о всеобщей воинской повинности (1874) принес евреям, как и всем жителям империи, значительное облегчение. Был резко сокращен срок действительной службы в армии (по уставу 1874 г. — шесть лет, с 1878 г. — четыре года), вводились льготы для лиц с высшим и средним образованием. В самом тексте устава не содержалось каких-либо статей, дискриминирующих евреев. Но вскоре положение изменилось. В первые годы после введения нового устава некоторые евреи, в первую очередь дети купцов и представители тех слоев населения, на которых раньше не распространялись рекрутские наборы, уклонялись от воинской повинности. Их процент был не выше, чем среди христиан, но по требованию военного министра в отношении евреев были приняты особо строгие меры; для них вводилась система коллективной ответственности: при недоборе еврейских солдат разрешалось призывать на военную службу евреев, имевших льготу первого разряда, то есть единственных сыновей. На еврейские семьи, члены которых не являлись для отбывания воинской повинности, накладывался штраф в 300 рублей; евреев, признанных при медосмотре негодными к службе, должны были заменять только евреи. Для евреев и христиан действовали различные правила медицинского отбора на военную службу; первых брали при меньшем росте и меньшем объеме груди, чем того требовали общие положения.

2. Стремление к светскому образованию. Зарождение еврейской прессы и общественных организаций. «Великие реформы» Александра II способствовали быстрому увеличению числа евреев — учащихся гимназий и студентов университетов. Это было во многом обусловлено политикой властей: считалось, что евреи, окончившие русские гимназии и университеты, «легче всего теряют закоренелые еврейские предрассудки», и поэтому им предоставлялся ряд льгот и преимуществ, касавшихся отбывания воинской повинности, а для выпускников университетов — и права жительства (см. выше). Значительную роль играло и желание самих евреев приобщиться к русской и мировой культуре. В первые годы царствования Александра II правительство пыталось распространять просвещение среди евреев, используя методы предшествующей эпохи. В 1855 г. был издан закон, в котором говорилось, что через 20 лет раввином сможет быть только тот, кто получит общее образование; однако уже в 1857 г. появилось предписание утверждать в звании раввина только лиц, окончивших раввинские училища или казенные еврейские училища. Тем не менее общины продолжали избирать раввинов, не имевших требуемого образования. Они становились так называемыми духовными раввинами; наряду с ними в каждой общине были и так называемые казенные раввины, по сути назначавшиеся властями.

В дальнейшем политика русского правительства изменилась. Представители властей поняли, что путем грубого давления в области просвещения ничего нельзя добиться. Министр народного просвещения Е. Ковалевский призывал «... как можно меньше вмешиваться в религиозное обучение [еврейских] детей, а предоставить его более попечению родителей, не стесняя никакими ограничениями и руководствами со стороны правительства». Если в первые годы царствования Александра II правительство еще пыталось продолжать миссионерскую деятельность среди евреев, столь активную при Николае I (в 1859 г. был принят закон о выдаче денежного пособия выкрестам), то уже в январе 1862 г. император утвердил решение Государственного совета, запретившее крещение евреев, не достигших 14-летнего возраста, без согласия родителей, а в марте 1864 г. была отменена выдача вознаграждений нижним чинам при принятии ими православия.

Правительство отказалось от грубого ассимиляторства в системе казенных еврейских учебных заведений. В 1862 г. был издан закон, разрешавший назначать евреев смотрителями казенных еврейских училищ. Ответы на анкету Общества для распространения просвещения между евреями в России (см. ниже), распространенную в 1864 г., показали, что главными причинами непопулярности этих училищ были невежество христианских смотрителей и преподавание еврейских предметов учителями, несведущими в иудаизме. По мере дальнейшего развития русских школ и роста числа еврейских учащихся в них большинство казенных еврейских училищ было закрыто, а оставшиеся — преобразованы в 1873 г. в начальные еврейские училища; раввинские училища стали специальными еврейскими учительскими институтами. Закон, принятый в 1859 г. по ходатайству еврейских купцов пяти губерний черты оседлости, гласил, что дети евреев — купцов и почетных граждан — должны учиться в общих казенных учебных заведениях. Этот акт не имел обязательной силы, его целью было моральное воздействие на евреев. В 1864 г. Александр II утвердил новый устав гимназий и прогимназий, где говорилось, что в них «обучаются дети всех сословий, без различия вероисповедания». Число еврейских детей, учившихся в гимназиях, стало стремительно расти: в 1865 г. их было 990 (3,3% всех учащихся), в 1870 г. — 2045 (5,6%), в 1880 г. — 7004 (12%); по отдельным учебным округам это соотношение было значительно выше: в Виленском округе в 1873 г. обучался 541 еврей (17,6% всех учащихся), в 1881 г. — 909 (23,4%), в Одесском учебном округе в 1873 г. в гимназиях обучалось 508 евреев (28,5%), а в 1881 г. — 1041 (36,5%), в прогимназиях в 1873 г. — 227 (45,8%), в 1881 г. — 484 (47,6%). Еще больше евреев насчитывалось в отдельных учебных заведениях. Так, во 2-й Одесской гимназии в 1878 г. евреи составляли 75% всех учеников, в Херсонской прогимназии в 1879 г. — 75,1%, в Одесском коммерческом училище в 1881 г. — 76,6%. После военной реформы 1874 г. даже во многих ортодоксальных семьях стали отправлять сыновей в средние и высшие учебные заведения ради сокращения срока службы. В 1865 г. во всех русских университетах обучалось 129 евреев (3,2% всех студентов), в 1881 г. — 783 (8,8%). В некоторых университетах процент студентов-евреев был более высок: в Новороссийском университете в 1865 г. обучалось 20 евреев (6,1%), в 1881 г. — 54 (16,5%), в Киевском университете в 1865 г. — 26 (5%), в 1881 г. — 151 (14,5%). В 1863 г. для поощрения учащихся-евреев было принято решение выдавать некоторым из них стипендии. Для этого ежегодно выделялось 24 тыс. рублей из сумм свечного сбора. В 1875 г. быстрый рост числа евреев во всех учебных заведениях побудил правительство отменить поощрительные стипендии.

В конце 1870-х – начале 1880-х гг. отношение властей к обучению евреев в русских учебных заведениях начало меняться. В 1875 г. министр народного просвещения распорядился, чтобы начальники всех высших учебных заведений указывали в статистических отчетах точное число евреев. Некоторые попечители учебных округов стали утверждать, что еврейская учащаяся молодежь не поддается влиянию педагогов. Еврейским студентам ставили в вину участие в русском революционном движении. В 1881 г. попечитель Одесского учебного округа П. Лавровский обвинил их в организации беспорядков, которые произошли в 1880 г. в некоторых гимназиях на юге страны, и предложил ограничить прием евреев в общие учебные заведения. Учащихся-евреев обвиняли в том, что они стали проводниками радикальных настроений в русской школе, хотя на самом деле те немногие евреи, которые принимали участие в революционном движении и студенческих беспорядках, находились под влиянием идей, господствовавших в среде русской интеллигенции.

Либеральные реформы Александра II, расширение прав некоторых групп еврейского населения способствовали формированию еврейского общественного мнения. В 1850–60-х гг. выразителями интересов еврейского населения были в основном богатые купцы и банкиры, в первую очередь представители семьи Гинцбург, которые сыграли большую роль в борьбе за права евреев и прекращение политики преследований. С 1860-х гг. усилилось влияние интеллигенции, представители которой считали, что евреи должны выражать свою точку зрения через периодическую печать. В Одессе, являвшейся в то время важнейшим центром культуры российских евреев, появились первые еврейские периодические издания на русском языке: «Рассвет», «Сион» (1861–62), «День» (1869–71). Начав с пропаганды идей Хаскалы, эти издания стали со временем все более настойчиво требовать расширения прав евреев, вести борьбу с антисемитизмом, что привело к их закрытию по распоряжению властей. Были основаны и первые печатные органы на иврите — еженедельники «Ха-Маггид» (издавался в пограничном с Россией прусском городе Лик), «Ха-Мелиц», «Ха-Шахар», на идиш — «Кол-мевассер» (1862–71, Одесса). Одновременно среди представителей еврейской буржуазии и интеллигенции возникла идея создания культурно-просветительской организации, влияние которой могло бы охватить широкие массы еврейства. В 1863 г. было основано Общество для распространения просвещения между евреями в России (ОПЕ).

В конце 1870-х гг. основным центром еврейской общественной жизни стал Петербург. Несмотря на то, что в это время антисемитские настроения в правительственных кругах и во всем русском обществе усиливались, среди еврейской интеллигенции Петербурга крепла уверенность в том, что в ближайшем будущем положение евреев в России вновь улучшится, в частности, благодаря их массовому участию в русско-турецкой войне 1877–78 гг., в том числе в составе знаменитой 16-й дивизии генерала М. Скобелева. Эти ожидания не ослабила ни антисемитская позиция, занятая официальными представителями России А. Горчаковым и П. Шуваловым на Берлинском мирном конгрессе (они протестовали против предоставления равноправия евреям в новых государствах на

Балканах, утверждая, что в этих странах, как и в России, евреи «являются настоящим бичом, наподобие саранчи»), ни тот факт, что в русской прессе вспоминали о роли евреев в войне только в связи со спекуляциями поставщиков. В атмосфере этих ожиданий созыв в 1879 г. раввинской комиссии (см. выше) был воспринят как предварительное совещание по вопросу о предоставлении евреям полного равноправия. Среди избранных в губерниях членов комиссии было много известных еврейских общественных деятелей: барон Г. Гинцбург, А. Гаркави, И. Кауфман (1855–?). Однако на этом совещании, как и на всех предыдущих, обсуждались только незначительные проблемы религиозной жизни. Выразителем настроений петербургской еврейской интеллигенции был журнал «Рассвет» (Петербург, 1879–83). В этих кругах энергично поддерживали планы Н. Бакста по созданию организации для содействия еврейским ремесленникам и земледельцам; благодаря этой поддержке в 1880 г. был основан ОРТ. Кровавый навет в Кутаиси в 1879 г. (см. Грузинские евреи) был воспринят еврейскими общественными деятелями Петербурга как общенациональное дело. После отказа С. Полякова (см. Поляковы, братья) дать деньги на адвокатов, которые должны были защищать обвиняемых, А. Цедербаум убедил банкира А. Зака (умер в 1893 г.) взять на себя все расходы.

3. Роль евреев в развитии экономики России. В быстром экономическом подъеме, начавшемся в России в результате реформ Александра II, евреи сыграли выдающуюся роль; во многом благодаря их усилиям юго-запад страны стал одним из наиболее динамично развивавшихся районов. Для становления народного хозяйства требовались источники финансирования, нужно было создать современную банковскую систему. Уже в 1830–40-х гг. в Одессе существовали крупные еврейские банки европейского уровня — «Рафалович и К°», «Ефрусси и К°». В начале 1850-х гг. в Бердичеве было восемь банкирских домов. Первоначальное накопление капитала крупных еврейских банкиров и предпринимателей (Гинцбургов, Поляковых, Зайцевых, Бродских) во многом обеспечили откупа торговли спиртными напитками, помещичьих имений, коробочного сбора. В администрации Гинцбургов, управлявшей откупной торговлей спиртными напитками во всем Западном крае, были будущие банкиры Л. Розенталь (1817–1887) и А. Зак. Ведущую роль в становлении различных отраслей экономики России сыграли банкирские дома Гинцбургов и Поляковых, тесно сотрудничавшие с государством. Банкирский дом «И. С. Гинцбург», открытый в 1859 г. в Петербурге, стал первым финансовым учреждением такого рода, основанным евреем за пределами черты оседлости. В том же году Гинцбурги открыли банкирский дом в Париже. В 1869 г. они были среди учредителей Петербургского учетного и ссудного банка, в 1868 г. — Киевского частного банка, в 1879 г. — Одесского учетного банка. Гинцбургам принадлежали крупные имения в Подольской губернии (где был построен сахарный завод) и в Крыму. Гинцбурги много сделали для развития золотодобычи в Сибири: они были основными владельцами Ленского золотопромышленного товарищества и входили в число основных пайщиков других золотопромышленных предприятий. Через их банкирский дом размещались российские займы за границей, он связывал правительство России с иностранными банками. В этой разнообразной деятельности Гинцбургам во многом помогали тесные родственные связи с богатейшими еврейскими семьями России (Бродскими, Ашкенази), а также с Фульдами и Ротшильдами во Франции, Сассунами в Англии, Варбургами, Гиршами, Гутманами в Германии.

Значительный вклад в развитие в России банковского дела и железнодорожного строительства внесли братья Поляковы. С. Поляков за 22 месяца проложил железную дорогу Курск—Харьков—Азов с веткой на Ростов-на-Дону, поставив мировой рекорд скорости строительства. Поляковым принадлежали угольные шахты в Донецком бассейне, каботажное Азовское пароходство, большое поместье на Азовском море. Они учредили большое число банков. Л. Поляков был главным, а часто и практически единственным акционером целого ряда крупных предприятий: Московского товарищества резиновой мануфактуры, Московского домовладельческого и строительного общества, Московского общества для сооружения и эксплуатации подъездных железнодорожных путей и других. Результатом деятельности Поляковых стало создание уникальной для России того времени системы взаимосвязи банков и железнодорожных предприятий, контролируемых представителями одной семьи, возникновение своеобразной империи Поляковых. Крупными банкирами были также: Е. Ашкенази, владелец банкирского дома «Е. Ашкенази»; И. Вавельберг (1849–1901); А. Варшавский (1821–88), учредитель Варшавского учетного, Киевского промышленного, Екатеринославского коммерческого, Полтавского земельного банков; семья Ефрусси, которой принадлежали банкирские дома в Одессе, Вене, Париже; А. Зак (с 1871 г. — директор Петербургского учетного и ссудного банка; много сделал для укрепления курса рубля во время русско-турецкой войны 1877–78 гг.); Л. Розенталь; А. Френкель, варшавский (см. Варшава) банкир, сын крещеных евреев (в 1857 г. Александр II пожаловал ему титул барона за «примерное усердие при исполнении возложенных на него правительством поручений особой важности»).

1860–90-е гг. были для России эпохой бурного железнодорожного строительства. Среди предпринимателей, бравших подряды на прокладку железных дорог, было много евреев. В 1857 г. французскими банкирами братьями Перейра при участии варшавского банкирского дома С. Френкеля было учреждено Главное общество российских железных дорог. Крупнейшими железнодорожными подрядчиками в России были, наряду с Поляковыми, И. Блиох, А. Варшавский (вместе с Л. Фридляндом /1826–99/, предпринимателем и известным библиофилом, он построил в 1870 г. железную дорогу Москва—Брест), варшавский банкир Л. Кроненберг (1849–1910), получивший после принятия христианства баронский титул и ставший членом Государственного Совета (проложил железную дорогу Варшава—Тирасполь). А. Зак в 1877 г. закончил строительство железной дороги Либава—Ромны; организованная им эксплуатация этой железной дороги считалась образцовой. Благодаря железнодорожному строительству, которое гарантировалось и во многом субсидировалось государством, создавались крупные состояния Поляковых, И. Блиоха, А. Варшавского и других. Помимо железнодорожного строительства заметна была роль евреев в развитии других видов транспорта. Гинцбурги основали в 1876 г. общество цепного пароходства по реке Шексне, Г. Поляк создал в 1870 г. пассажирско-грузовое пароходство на Волге. В стремительно развивавшейся сахарной промышленности крупнейшими предпринимателями были Зайцевы и Бродские, в прошлом крупные откупщики. В 1872 г. генерал-губернатор Юго-Западного края сообщал в Петербург, что четверть всех сахарных заводов там принадлежит евреям. Еврейские сахарозаводчики первыми перешли на новые методы производства сахара, организовав выпуск рафинада. Они создали эффективную систему сбыта сахара в России и за границей. Благодаря совершенному ими техническому перевороту, произошли большие изменения в сельском хозяйстве Украины, где появились огромные плантации сахарной свеклы. Однако из-за законодательных ограничений (см. выше) евреи не могли стать их владельцами.

Евреи много сделали для развития российской торговли, как внутренней, так и внешней. Благодаря еврейским промышленникам второй по значению статьей российского экспорта (после хлеба) стал лес. Еврейские коммерсанты резко подняли цены, по которым закупали хлеб у его производителей (помещиков и крестьян), способствуя тем самым подъему сельского хозяйства России. Благодаря созданной в эти годы развитой железнодорожной сети они смогли наладить быструю доставку хлеба от производителей в порты (Херсон, Одессу, Николаев), а оттуда — за границу. Уже в 1878 г. на долю евреев приходилось 60% хлебного экспорта, а в дальнейшем вывоз хлеба осуществлялся почти исключительно евреями.

В добывающей промышленности евреи-предприниматели сталкивались со многими ограничениями, связанными с запретами на проживание за пределами черты оседлости и приобретение земельной собственности. Так, покупка земель (в том числе нефтеносных участков) на Кавказе, а также разведка нефти и ее добыча разрешались только лицам, имеющим право жительства за пределами черты оседлости, с согласия министерства торговли и промышленности и при отсутствии возражений со стороны наместника Кавказа. Тем не менее, среди создателей нефтедобывающей промышленности была фирма «Дембо и Каган», проложившая в конце 1870-х гг. первый в России нефтепровод. Другой принадлежавшей евреям фирмой, занимавшейся добычей и транспортировкой нефти, было «Батумское нефтяное товарищество». Об участии Гинцбургов и Поляковых в создании добывающей промышленности см. выше.

Крупные еврейские банкиры и промышленники чувствовали себя патриотами России, часто оказывали правительству значительную финансовую помощь. Так, банкирский дом Гинцбургов принял участие во втором военном займе 1878 г., подписавшись на колоссальную по тем временам сумму в десять миллионов рублей.

4. Отношение русского общества к евреям. В первые годы правления Александра II отношение российской общественности к евреям претерпело значительные изменения. Характерным примером стала дискуссия, развернувшаяся после того, как в петербургском журнале «Иллюстрация» в 1857 г. была опубликована юдофобская статья о «западно-русских жидах». С критикой этой публикации выступили врач и общественный деятель И. Чацкин (умер в 1902 г.) в журнале «Русский вестник» и студент-медик М. Горвиц (1837–83) в журнале «Атеней». В ответ «Иллюстрация» еще более резко высказалась о евреях, назвав своих оппонентов «некие ребе Чацкий и ребе Горвиц» и объяснив их выступление в защиту евреев корыстными побуждениями. Тогда в «Русском вестнике» было опубликовано письмо протеста, в котором говорилось, что «в лице гг. Горвица и Чацкина оскорблено все русское общество и вся русская литература», которая не должна допускать наглой клеветы под видом полемики. Письмо подписали 140 писателей, историков, публицистов, деятелей культуры, в том числе А. Аксаков, Н. Костомаров, П. Мельников-Печерский, А. Станюкович, С. Соловьев, Н. Чернышевский, Т. Шевченко. Хотя в протесте ничего не говорилось о национальности оскорбленных литераторов, он отражал новые веяния в русском обществе. В некоторых печатных органах («Русский вестник», «Русский инвалид») стали появляться статьи о том, что необходимо улучшить гражданское положение евреев. Даже консервативные издания в своих высказываниях о евреях были достаточно осторожны и старались избегать грубых антисемитских выпадов. В «Иллюстрации» появились статьи, авторы которых утверждали, что они выступают против предоставления евреям гражданского равноправия только из-за их низкого нравственного и образовательного уровня: «образуйте наших жидов, введите их в общую семью цивилизации — и мы первые скажем им слово любви и примирения».

Однако уже с начала 1860-х гг. нападки на евреев в русской прессе участились. В 1862 г. известный писатель и публицист И. Аксаков утверждал в газете «День», что евреям можно было бы предоставить равные права лишь в том случае, если бы они «отступились от своих религиозных верований и признали в Христе истинного Мессию». В украинском журнале «Основы» историк Н. Костомаров и поэт П. Кулиш обвиняли евреев в том, что они в качестве арендаторов польских помещиков угнетали украинских крестьян; при этом утверждалось, что из-за своей религии евреи стоят особняком от других народов. Отношение к евреям вновь изменилось к худшему в конце 1860-х – начале 1870-х гг. Одним из показателей этого изменения был широкий успех апостата Я. Брафмана, опубликовавшего за счет правительства «Книгу кагала», в которой он утверждал, что еврейские общины России составляют «государство в государстве». Эта книга в значительной мере способствовала усилению антисемитизма. В передовых органах прессы статьи в защиту евреев стали появляться все реже. Даже либеральные газеты и журналы не осудили погром евреев в Одессе в 1871 г. В 1872 г. либеральная газета «Голос», одним из сотрудников которой стал Я. Брафман, опубликовала ряд антиеврейских статей, в которых утверждала, что Талмуд — это «гражданско-политический кодекс, устанавливающий раздельность, поддерживающий фанатизм и невежество и во всех своих определениях идущий против течения политического и нравственного развития христианских стран». Издатель «Голоса» А. Краевский был близким другом С. Полякова, при финансовой поддержке которого издавалась газета. В правительственных кругах отрицательное отношение к евреям усилилось после поездки Александра II в Царство Польское в 1870 г., во время которой он возмутился, увидев хасидов в традиционном платье, и потребовал, чтобы к ним применялись законы о еврейской одежде, изданные при Николае I. С резкими нападками на евреев и иудаизм обрушился Ф. Достоевский в «Дневнике писателя» (1878–81), хотя в целом его отношение к еврейству было неоднозначным. И. Аксаков в 1867 г. утверждал, что «не об эмансипации евреев следует толковать, а об эмансипации русских от евреев». В 1876 г. бывший ксендз И. Лютостанский, лишенный сана «за блудную жизнь», опубликовал работу «Вопрос об употреблении евреями-сектантами христианской крови для религиозных целей, в связи с вопросом об отношении к христианству вообще», представляющую собой плагиат официальной записки эпохи Николая I (см. выше) с добавлением искаженных цитат из Талмуда и еврейских книг. Перед выходом книги в свет И. Лютостанский предложил Ш. Минору заплатить ему 500 рублей за отказ от ее издания. Книга пользовалась большим успехом в правительственных кругах; шеф жандармов К. Мезенцев купил большое количество экземпляров и разослал их своим сотрудникам. Усиление антисемитизма привело к кровавому навету в Кутаиси. В конце 1870-х гг. основным антисемитским органом стала газета А. Суворина «Новое время», писавшая о сходстве «основных принципов современного, особенно русского, жидовства с принципами иезуитизма и социализма» и утверждавшая, что обвинение евреев в употреблении христианской крови справедливо. В программной статье «Нового времени» «Жид идет!» (1880) были сформулированы и обоснованы основные принципы антиеврейской политики Александра III и Николая II.

Содержание См. Россия.

 ЕВРЕИ РОССИИ (СССР) > Общие сведения
Версия для печати
 
На бета-сайте
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту Россия. Евреи России в первой половине 19 в. Россия. Евреи России в конце 19 в. – начале 20 в. (1881–1917) следующая статья по алфавиту